Галина Пилютикова: «При отборе жюри на «Х-фактор» мы попали в яблочко!»

Х-Фактор 7

В разгар телекастингов
«Х-фактора» Галина Пилютикова, руководитель департамента собственного
производства телеканала СТБ, прокомментировала ход подготовки к самому
масштабному шоу страны.

Галина Вячеславовна, Вы на пару с Игорем
Кондратюком прослушивали вокалистов на предкастингах «Х-фактора».
Уровень участников, в общем, оказался выше или ниже
ожидаемого?

Мы, конечно, ожидали более высокого уровня. Но, по опыту всех наших
проектов, на первую, пилотную программу многие люди как-то
осторожничают, не решаются прийти. Обычно на второй, третий сезон
приходит намного больше талантливых людей. Но если учесть, что
количество пришедших на предкастинги было просто огромным, то понятно,
что среди них нам удалось найти много настоящих талантов. А если
учесть, что в прямом эфире их будет всего 12, то это будут
супергениальные люди.

Вы очень позитивный судейский дует, участники после Ваших прослушиваний
всегда так вдохновленно настроены. Сложно ли Вам говорить
«нет»?

Сложно говорить человеку «нет», если это просто «нет». А если ты
говоришь: «Нет, потому что есть еще вот такие проблемы», и ты его
настраиваешь на то, что он может это «нет» преодолеть через какое-то
время, если приложит к этому усилия — то я не думаю, что это может
вызвать негативный отклик. Мы же не говорим человеку, что он не
талантлив, что он не может. Мы просто ему объясняем, что нужно сделать,
чтобы его талант стал, наконец, виден всем.

Вам пришлось прослушать тысячи вокалистов. Со скольких нот Вы
можете определить наличие таланта у участника?

По поводу нот сказать сложно (смеется). У некоторых с первых нот
становится понятно, а у некоторых нужно прослушать две-три песни, чтобы
понять. Бывает, человек волновался в этот момент или не ту песню под
себя подобрал — не по своим голосовым данным или не по своему
характеру. Нет одного подхода абсолютно ко всем людям. И потом,
«Х-фактор» — это не только певческий конкурс. Это певческое шоу, и тут
талант определяется далеко не только голосом. У человека может быть
прекрасный голос, но зрители должны его еще видеть, они должны ему
сопереживать, он должен быть интересен по своей сути, потому что только
голос по телевизору никто не будет слушать. И голосовать не будет.

Часто ли талант вызывает сомнения?

Безусловно талантливые люди сомнений не вызывают. Тогда достаточно
двух-трех нот — и мы просто с Игорем смотрим друг на друга и понимаем,
что дальше уже слушать бесполезно (смеется). Но есть недовыявленные
таланты, которые подходят под определение «в нем что-то есть». Это
значит, что нужно еще раз пересмотреть материал. Посмотреть, послушать,
подумать. Потому что видишь, что этого еще не достаточно, но потенциал
у человека есть, его можно развить, и с этим нужно работать.

Каким участникам Вы радуетесь в особенности?

Мне как человеку, который был изначально связан с профессией режиссера,
был связан с визуальной картинкой, ужасно нравятся искренние, открытые
люди. Что бы они ни чувствовали, как бы они ни пели — они передают свои
эмоции через экран, и зритель тоже переживает с ними. Трогательные
персонажи — мои любимые.
Вы недавно вернулись из Британии, где наблюдали за процессом
создания «Х-фактора». Какие впечатления у Вас от съемок проекта в
Глазго?

Несмотря на то, что это даже не столица Шотландии, и в городе не такое
уж огромное население, было ощущение, что все это население собралось
на «Х-факторе». Там такие огромные толпы! Во всех газетах заголовки об
«Х-факторе», там это событие национального масштаба. С организационной
точки зрения — все то же, что и у нас. Естественно, там совершенно
другой менталитет, и, учитывая интерес своих зрителей, судьи принимают
немножко иные решения. В силу разницы в менталитетах, там эмоции у
зрителя вызывают другие участники.

Как Вы считаете, сможет ли Украина повторить успех британского
проекта? Станет ли это для нас «событием национального
масштаба»?

Ну, я вообще оптимист. И по итогу двух наших успешных проектов —
«Україна має талант!» и «Танцуют
все!»
— мне кажется, что певческое шоу будет не менее, а
может, и более грандиозным. Возможно, у всех людей по-разному, но вот
на меня пение производит какое-то магическое действие. У меня вправду
какое-то особое отношение к певцам. Я просто сижу на этом кастинге и
постоянно нахожусь в состоянии какого-то эмоционального подъема. Не
знаю почему… Пение, звук, игра на сцене, крупные планы у меня на
мониторе… У меня ощущение, что все люди это так воспринимают. На певцов
очень сильно реагируют по всему миру, в «Талантах» часто выигрывают
именно певцы. Поэтому чисто певческий проект может собрать очень
большую аудиторию. Я рассчитываю на успех, потому что, во-первых,
работает очень квалифицированная команда — люди, которые уже прошли два
наших проекта и работают с такой же отдачей. И потом, мне жутко
нравится наше жюри! (смеется). Мы при отборе попали не то что в
яблочко, а, если есть еще более тонкая какая-то градация, то вот именно
туда. Потому что они все разные, они все умные, каждый берет своим. А
вот слежение за их оценками, за их отношениями внутри — по-моему, это
вообще отдельное шоу, не менее захватывающее, чем сам отбор.

Серегу уже успели окрестить «главным инквизитором проекта». Он
действительно так строг? Расскажите о судейских амплуа.

Он не столько строг, сколько прямолинеен. Он достаточно четко — без
всяких извинений, украшений — выражает свою мысль. А это часто
воспринимается в жизни, наверное, как жесткость. На самом деле, в жюри
это очень нужный человек, потому что только он скажет человеку правду.
К его советам я бы очень советовала нашим конкурсантам прислушиваться
(смеется).
Елка
— это абсолютно открытые эмоции, у нее нет никакого
барьера в общении с участниками, она общается с ними на равных. Для
того чтобы ее вывести, надо очень сильно постараться. Она ко всем очень
хорошо относится. Ее жутко заботит, а что с этим человеком будет потом.
Она очень переживательная девушка.
Что касается Сергея Соседова — несмотря на то, что он
часто грешит многословием, у него очень тонкие замечания по поводу
участников. Расклад получается ну просто полный. Он действительно
критикует очень профессионально. Я думаю, что и зрителю будет понятно,
почему мы человека берем или не берем. Его, конечно, часто захлестывают
эмоции, и может, мешают быть до конца объективным… Но ведь судьи тоже
частично воспринимают выступление как зрители, и вот это восприятие,
может, и помогает выбирать правильных людей. Ведь сухой,
профессиональный отбор — это не для людей. А наши судьи отбирают
участников и для людей, и для себя в том числе, потому что им потом с
ними работать.
Ну а про Игоря Кондратюка — что говорить? (смеется). С
Игорем мы уже съели пуд соли. И в принципе, мы с ним единомышленники.
Мне очень нравится, когда есть совпадение внутреннее, а не поиск
каких-то компромиссов.

За кем остается слово, если у жюри возникают разногласия? Влияете ли Вы
на решение судей?

В «Х-факторе» хорошие правила, и надобности в решающем
слове не возникает. Если два человека говорят «да», два «нет» —
участник не проходит. Разногласия порой возникают, и я считаю, что это
очень хорошо. Судьи подобраны так, что они на участника смотрят как бы
с разных сторон.

Сейчас самый разгар телевизионных кастингов. Расскажите немного о
закулисной кухне проекта. Все ли проходит гладко?

Во всем этом раскладе для меня есть только одна забота — это то, что
судьи очень сильно устают к концу дня. Кастинги у нас начинаются в 11
часов утра и заканчиваются где-то в 10 вечера. За все это время — один
часовой перерыв и два маленьких по семь минут. В день приходится
слушать человек по 50, нужно оценить участника: голос, харизму, умение
выражать свои мысли, его вкус… можете себе представить… Это то, что
нельзя изменить, но мне наших судей по-человечески жаль. Хотя там порой
входишь в такой раж, что этого не замечаешь.

А заметили ли Вы уже какого-нибудь претендента на два
миллиона?

Нет. Я не уверена, что этого претендента еще не было, но просто на
кастинге люди никогда не проявляются на уровне всех своих возможностей.
Как правило, это просто заявка, и все. Я за все сезоны наших проектов
ни разу не угадала победителя (смеется). И не увидела этого победителя
в момент кастинга. Поэтому не берусь даже здесь это оценивать. Чтобы
выиграть, тут важно быть очень трудолюбивым, хотеть победить, иметь
сильную нервную систему, чтобы вынести все эти психологические,
физические нагрузки. Когда ты видишь человека на сцене — этого просто
не разглядеть. Это все-таки борьба. А насколько человек сможет это все
вынести, способен ли он к развитию, способен ли он удивлять, быть
другим, меняться от эфира к эфиру — все это, что потом и привлекает в
победителе, невозможно определить сразу.

Какие у Вас музыкальные пристрастия?

Широчайшие. Мне нравится все талантливое, в каком бы музыкальном свете
оно ни было.

Хватает ли у Вас времени на прослушивание музыки где-то еще, помимо
съемок «Х-фактора»?

Ну так, чтобы отдельно… Наверное, нет.

То есть свободного времени у Вас совсем не остается?

А зачем оно нужно, если работа доставляет удовольствие? (смеется).

Есть участники, которые очень верили в свой талант, но после того как
не увидели себя в списках на ТВ-кастинги, потеряли веру в себя. Что Вы
можете им посоветовать?

Очень внимательно посмотреть нашу программу… Не надо быть семи пядей во
лбу, чтобы понять, на что мы обращаем внимание. Я думаю, что
«икс-фактор» есть у любого человека, важно только найти его в себе. А
посмотрев программу, они смогут понять, чего им не хватает и чего нужно
добавить, чтобы заинтересовать в следующем сезоне нас. Вопрос даже не в
том, чтобы заинтересовать нас, а в том, чтобы заинтересовать зрителей.

А в чем Ваш «икс-фактор»?

Людей люблю (смеется). Мне нравятся талантливые люди, хочется им
помогать. Наверное, в этом и есть мой «икс-фактор».

Ольга Гудзь