«Я человек европейского склада», — Сергей Соседов

Х-Фактор 7

Известного российского музыкального критика Сергея Соседова часто
называют эпатажным и экспрессивным. Финалистам «Х-фактора» и миллионам
телезрителей всегда важно, что он скажет после выступления. На проекте
он впервые попробовал себя в качестве продюсера, и судя по тому, что
вокалисты его категории «Старше 25 лет» редко попадают в номинацию, ему
это вполне удается.

В эксклюзивном интервью телеканалу СТБ Сергей Соседов рассказал о
своих взглядах на жизнь и поделился планами на будущее.

Сергей Васильевич, насколько сложно оставаться объективным,
когда вам приходится судить одновременно и чужих, и своих
подопечных?

Вы знаете, они нам все уже одинаково близки. Они уже нам как родные.
Мы очень тесно общаемся со всеми участниками. Ну, я во всяком случае. Я
не только со своими разговариваю. Консультирую участников из других
групп по разным вопросам по поводу пения, репертуара и так далее.
Всегда, когда я сажусь за стол жюри, мне легко, потому что я
абстрагируюсь от всего, что я говорил до этого. Я даже не помню, что я
говорил своим участникам до, потому что я член жюри и я должен быть
максимально свободен от каких-то предвзятостей. Я оцениваю конкретную
работу в данный конкретный момент. То есть эфир, выступление — а потом
уже идет моя оценка.

Для вас был неожиданным уход некоторых финалистов проекта
«Х-фактор»?

Я изначально ничего не предполагал. Как пошло, так и пошло.
Изначально я никаких решительных планов не строил.

Ирина Борисюк, которая является вашей подопечной, отзывалась
о вас очень тепло…

Ирочка для меня — это подарок судьбы. Ирочка — это сказка. Я могу ее
назвать артисткой с большой буквы. Ира может меняться. Она себя еще
ищет, поэтому мы примеряем к ней разные образы. Она красива во всех
ракурсах.

Это очень красивая женщина. У нее идеальные параметры красоты. Черты
лица, фигура — просто изумительны. Она хороша, во что ее ни одень. Это
может быть дорогое вечернее платье, солдатская форма или обычная
маечка. Любые туалеты. Вечерние, аристократические, модные. Ей идет
абсолютно все.

Вы самостоятельно подбираете костюмы для эфиров или вам
кто-то помогает?

Все костюмы мне делает наш костюмер Катя. Она придумывает эти
интересные пиджаки. Они шьются специально для меня. Сначала покупается
ткань, потом я хожу на примерки. Все очень красиво, элегантно.

1

Следите ли вы за модой?

Я не могу сказать, что я модник. Я не слежу за модой вообще. Я
надеваю вещи, которые мне подходят, в моей цветовой гамме, которую я
знаю. Вещи, которые мне идут. Я не вижу смысла переплачивать за бренды.
Можно купить недорогую вещь в магазине, и она будет выглядеть фирменно,
потому что фирменность вещи придает человек. Личность. Тот, кто это
носит. Можно надеть дорогую тряпку — и она будет выглядеть именно как
тряпка. И если она тебе не идет, она будет выглядеть дешево, даже если
она дорогая. А то, что идет, всегда будет выглядеть дорого и стильно.
Потому что человек — это стиль, а стиль — это человек. А не одежда,
которую кто-то объявляет модной, стильной, авангардной и так далее. Я к
этому отношусь спокойно. У меня довольно много вещей. Есть известных
брендов, есть просто неизвестные марки. Мне часто дарят вещи. Друзья,
которые знают мой стиль, уже в курсе, что мне подарить.

У вас постоянно очень красочная одежда. Черного цвета нет в
вашем гардеробе?

Нет, почему? Я люблю черные майки. Они ко всему подходят. Но я не
злоупотребляю черным цветом, потому что это мрачное восприятие мира.
Кто носит черное — это мрачные люди по восприятию жизни, людей,
окружающего. Во мне такого нет.

Да, черный и белый всегда будут кстати. Впрочем, цвета-то всегда все
те же. Как можно сказать, что не в моде желтый, например, если это цвет
солнца. Или как можно сказать, что голубой цвет — это немодно. Это цвет
неба! Мне, например, очень идет пастельная гамма голубых тонов.
Серо-голубых. У меня очень много голубых вещей.

Я очень люблю джинсы. Это универсальная одежда. Джинсы могут быть
разными. Они могут быть дорогими и не очень дорогими. Они универсальны.
Могут выглядеть эффектно, очень стильно и очень вечерне, а могут
выглядеть как рабочий вариант — рабочая одежда.

Не хотели бы сменить амплуа и стать
фэшн-критиком?

Это не мое направление. Понимаете, наши страны не достаточно богаты,
чтобы говорить о моде. Бренды могут позволить себе только люди
состоятельные, у которых есть деньги. Эти вещи делаются для узкого
круга людей, богемы. Для веселья, светских тусовок. Даже актеры не
всегда носят дорогие вещи. Им нужна одежда удобная, сценичная.

Дорогие стильные вещи требуют ситуации. Требуют выхода куда-то. В
какой-то клуб или на гламурную вечеринку. Я не любитель такого. Я устаю
на таких вечеринках. Для шоу — да, это нужно, это эффектно. Это
телевидение! Это здорово!

Сейчас многие говорят, что артист должен быть сексуальным.
Как вы считаете, что максимально влияет на зрителя, когда он может
назвать артиста сексуальным?

Это все. Все в комплексе. В первую очередь, конечно же, голос.
Звучание низких нот грудного регистра. Я обожаю низкие женские голоса.
Они очень полезны для слуха и для здоровья. Мужские низкие голоса,
сопрано, колоратура не очень полезны. Это тревожность. Их долго слушать
нельзя. А низкие женские голоса или баритон — это то, что нужно. Если
вы нервны, взволнованы — вам нужно слушать или контральто, или
баритональные голоса, или, в крайнем случае, меццо-сопрано.

Бас и тенор — это угнетение. Они хороши для оперы. Бас в некотором
роде искусственный. Настоящий густой бас — довольно редкий голос. Тенор
тоже красив, но не самый верхний, а когда ближе к баритону.
Баритональный тенор.

2

Сейчас вы живете между Киевом и Москвой?

Да, сейчас живу между двумя столицами. Я то там, то здесь. В Киеве я
люблю гулять по улицам. Меня здесь узнают, подходят, берут автографы,
приглашают в гости.

Как вы можете объяснить феномен своей популярности у
молодого поколения?

Везде есть люди думающие и не очень думающие. Я считаю, что
привлекает личность. Интересные мнения, разговоры. Я человек свободный,
толерантный. Я человек европейского склада.Со мной можно говорить о чем
угодно. Я не боюсь признаваться в любви к женщине, в любви к мужчине.
Для меня это очень естественно. Могу того человека, который мне
нравится, обнять и приласкать прилюдно. Я могу восторгаться прилюдно.
Для меня это не является проблемой. Потому что то, что есть любовь,
выражение чувств и эмоций, что идет искренне и от души, не может быть
пошло и фальшиво.

Не думаете после проекта продолжить продюсерскую
деятельность?

Все-таки это не мое дело. Я понял, что это очень тяжело. Работать с
артистами, искать деньги… Я деньги искать не умею. Я не умею искать
спонсоров. Не знаю, как это делается. Писать бизнес-планы, сметы.
Потому что спонсорский план предполагает какую-то финансовую отдачу
через год, через два. А если они просто дают деньги, то это уже не
спонсорство, а меценатство. А меценатов сегодня нет. Нет Бахрушиных,
Третьяковых, Морозовых. Все это ушло в прошлое. Когда у артистов есть
успех, то они считают, что успешны благодаря их таланту, вокалу и так
далее. А если у них что-то не получается, то виноват продюсер. Виноваты
менеджеры, директора, но не они сами. Человеческую природу не
переделать. Можно, конечно, подписывать жесткие контракты, где
оговаривается, какое количество процентов артист должен давать
продюсеру от прибыли, но это все очень тяжело. Я люблю строить
человеческие отношения.

3

Не планируете ли вы написать книгу о
шоу-бизнесе?

Мне много об этом говорят, но мне кажется, что мне рано еще писать
книги. Я еще не в том возрасте, когда можно писать книги, мемуары. Мне
кажется, что книга должна быть одна. Где-то ближе к концу жизни. Когда
уже отстоится твое мнение, позиции, критерии. Когда это будет уже более
взвешенно. Это должно быть размышление, а не сборник картинок — этот
то-то сказал, этот то.

Это должно быть размышление в форме эссе, очерк на историческом
фоне. Историческом, может быть, эпохальном. Экскурсы в историю — музыка
того времени, музыка сейчас.

Жизнь общества, смена формации — все на широком таком политическом и
социальном фоне. А не только какие-то картинки и веселуха. Хотя,
безусловно, картинки и какие-то интересные эпизоды там тоже должны
быть.

Для того чтобы стать успешным артистом, важнее иметь
настоящий талант или хороших менеджеров?

Все имеет значение. Что такое талант? Талант — это масса
составляющих. Это труд, упорство, умение достигать своей цели, умение
подавить в себе капризность, подавить в себе какие-то фобии, страхи.
Талант — это тоже вещь многогранная. Это не только харизма и голос.

4

Вы человек настроения?

Можно сказать, да. Я просто хочу быть искренним. Я не умею играть.
Если у меня сегодня такое состояние — значит, оно такое, если нет — то
значит, нет. Я не умею искусственно веселиться. Я не умею что-то
изображать, если во мне сейчас этого нет.

Я могу быть очень веселым. Могу быть веселым без вина, без коньяка.
Хотя я люблю выпить, почему нет? Для меня это все естественно. Я исхожу
из естества своего. Поэтому меня любят. Я ничего не отыгрываю
специально. Если у меня есть кокетство, то оно в меру. Оно дозировано.
Оно для шоу. Это всегда в рамках. Это всегда подчинено какой-то моей
внутренней режиссуре.

Не думали ли вы над тем, чтобы стать ведущим своего
собственного проекта?

Вы знаете, меня пока не приглашали. Если бы меня пригласили, если
кто-то видит меня в этом качестве — я бы с удовольствием включился. Сам
я никогда не просился. Я никуда не лезу. Меня должны пригласить,
позвать, потому что меня видят. Если видят, то пусть приглашают. Хотят?
Пусть приглашают! Но сам я не навязываюсь.

Работы в Москве у меня достаточно. Но если нужно, я могу это
отложить, второстепенную работу отменить, заняться чем-нибудь — может
быть, более интересными проектами. Я могу делать это в Украине, а в
Москве какие-то проекты прикрыть. Это все взаимозаменяемо.

Алексей Бардышев